«Русские смеются, и мы смешны на самом деле» Как европейский флот опозорился на Балтике во время Крымской войны

170 лет назад, 18 марта 1856 года, в Париже был подписан мирный договор (Парижский трактат), означавший окончание Крымской войны (1853-1856). Российской империи пришлось пойти на существенные военно-политические и некоторые территориальные уступки коалиции европейских стран. Однако главным итогом войны стало то, что союзники, даже собрав под свои знамена половину мира, оказались не в состоянии нанести России решительное поражение. О Крымской войне на Балтике, о беспомощности огромного англо-французского флота перед Выборгом и Кронштадтом и о героической обороне русской крепости Бомарзунд читайте в материале «Ленты.ру».

«У России есть только два союзника — ее армия и флот»

В отечественной военно-исторической традиции войну 1853-1856 годов принято называть Крымской войной или даже Крымской кампанией, и далеко не все знают, что боевые действия происходили тогда не только в Крыму, но и на Дунае, на Кавказе, на Балтике, на Баренцевом и Белом морях и даже на Камчатке.

Обстрел русских позиций британским линейным кораблем «Бульдог». Почтовая открытка, выпущенная почтой Аландских островов к 150-летию обороны крепости Бомарзунд

Из собрания П. Каменченко / «Лента.ру»

Целью антироссийской коалиции, как ее обозначил британский премьер-министр Генри Джон Пальмерстон, было лишение России нарастающей морской мощи и опоры на берегах Мирового океана. Для этого следовало произвести захват русских морских крепостей на всех морях и уничтожить военный и торговый флот России. Англия и Франция делили заморские владения, и еще один сильный геополитический игрок им был не нужен.

Кроме Севастополя захвату и разрушению подлежали русские крепости Бомарзунд на Аландских островах, Свеаборг, Выборг и Кронштадт на Балтике. Архангельск и Соловецкий монастырь должны были быть разрушены и сожжены, как и Петропавловск на Камчатке.

По итогам «победоносной» войны союзники планировали новый передел мира за счет отторгнутых у Российской империи территорий. Османская империя должна была получить Крым, Грузию и Кавказ, Пруссия — часть прибалтийских провинций России, Австрия — Молдавию и Валахию, шведам обещали вернуть Финляндию и Аландские острова, а полякам — восстановить Королевство Польское, включив в него значительные территории Малороссии.

Как это уже не раз бывало раньше и как происходит до сих пор, в решающий момент союзников у России не оказалось. В антироссийскую коалицию вошли Османская империя, Великобритания, Франция и Сардинское королевство. Австрия и Пруссия войну России не объявили, но держали на наших границах 125-тысячную и 180-тысячную армии, выжидая удобного момента для нападения, а затем еще и выкатили России ультиматум.

Вход во внутреннюю гавань Кронштадта простреливался несколькими батареями

Фото: Петр Каменченко / «Лента.ру»

Следует заметить, что Австрия, Пруссия и Россия состояли в Священном союзе, а всего за несколько лет до Крымской войны русская армия спасла австрийскую монархию, подавив Венгерскую революцию 1848-1849 годов. Но когда дошло до дела, все это было забыто, и у России осталось «только два верных союзника — ее армия и флот», как образно выразился император Александр III.

Конфликт зашел так далеко, что парижский архиепископ Сибур заявил, что в Восточной войне (так называли Крымскую войну на Западе) католическая Франция должна покончить с «православной ересью русского народа». Фактически это означало объявление крестового похода против России. Причем бороться с православием, кроме католической Франции, должны были протестантская Англия и исламская Турция.

Силы, собранные коалицией для войны с Россией, были значительными: только сухопутных войск более 850 тысяч — около четверти миллиона турок, более 300 тысяч французов, 200 тысяч англичан, 26 тысяч сардинцев и так далее. И это не считая огромного флота.

Форт Александр I, он же Чумной форт

Фото: Петр Каменченко / «Лента.ру»

По техническому вооружению русская армия превосходила турецкую, но значительно отставала от европейских стандартов. Так, русская пехота была вооружена гладкоствольными ружьями с дальностью стрельбы всего 120-150 метров, в то время как в Англии и Франции уже давно на вооружении состояли нарезные штуцеры, поражавшие цель на расстоянии до 800 метров. В русском пехотном корпусе в Крыму штатной численностью 42 тысячи человек к началу военных действий имелось менее 200 штуцеров. Заметно уступала неприятелю и русская артиллерия.

Еще печальнее обстояло дело с военно-морскими силами. В Англии и Франции флот был уже преимущественно паровым, в то время как два первых русских парусно-винтовых фрегата вступили в строй только после начала войны.

К войне против коалиции европейских держав Россия была не готова, ее войска были вынужденно растянуты вдоль границ огромной империи.

«Всякое нападение на Кронштадт и Свеаборг означало бы верную гибель»

Для войны на Балтике Британия собрала самый мощный флот со времен Трафальгарского сражения (1805 год). Эскадра под командованием адмирала Чарльза Нейпира состояла из 10 паровых и 7 парусных линейных кораблей, 15 винтовых фрегатов, 17 пароходофрегатов и большого числа вспомогательных судов. Артиллерия эскадры включала 2344 орудия, штатный состав экипажей только боевых кораблей состоял из 22 тысяч человек, не считая морской пехоты.

Французский император Наполеон III отправил на Балтику семь парусных и один паровой линейный корабль, семь винтовых и столько же парусных фрегатов, а также более мелкие суда. Французский флот имел 1308 корабельных орудий и 8300 членов экипажей.

Перед выходом английской армады адмирал Нейпир самоуверенно сообщил журналистам, что «завтракать будет в Кронштадте, а обедать — уже в Санкт-Петербурге».

Блок из четырех марок, выпущенный почтой Аландских островов к 150-летию обороны крепости Бомарзунд

Из собрания П. Каменченко / «Лента.ру»

В конце марта 1854 года в лондонской газете The Daily News Фридрих Энгельс (тот самый) писал:

Значение Кронштадта для обороны русской столицы хорошо понимал не только классик марксизма. Еще до начала военных действий Николай I, осмотрев форты и батареи Кронштадта пришел к выводу, что они нуждаются в существенном укреплении.

В результате уже к маю 1854 года на подходе к Кронштадту была создана первая в мире минно-артиллерийская позиция, состоящая из пяти минных линий, включавших 609 «адских машин» (слово «мина» появилось позднее). Все мины двух типов были отечественного производства: гальванические — конструкции академика Бориса Семеновича Якоби и ударные — Эммануила Эммануиловича Нобеля. Устанавливались они на глубине 3,5 метра. К концу войны минно-артиллерийские позиции в Финском заливе состояли уже из 13 рядов мин (1865 штук).

Минные поля простреливались артиллерией фортов. Перед Кронштадтской крепостью с севера, на косе острова Котлин, находилась 20-я пушечная батарея, в центре на гранитном фундаменте — мощный форт Император Александр I (123 орудия), на юге — форт Павел I (220 орудий). Во второй линии 100-орудийный форт Петр I, форт Кроншлот (50 орудий) и еще 113 орудий западной оборонительной стенки Купеческой гавани. И, наконец, в третьей линии, простреливавшей весь внутренний рейд фронтальным, продольным и перекрестным огнем, располагалось 174 орудия.

Значительно укреплена была крепость Свеаборг, защищавшая подходы к Гельсингфорсу (современный Хельсинки). Для отражения возможной высадки морских десантов вдоль Финского залива были сконцентрированы значительные силы пехоты с полевыми орудиями, кавалерия и казачья конница. Весь русский балтийский флот увели под защиту береговых батарей в Кронштадт и Свеаборг.

Серия почтовых марок Аландских островов, выпущенная к 150-летию обороны крепости Бомарзунд

Из собрания П. Каменченко / «Лента.ру»

14 июня огромный союзный флот подошел к Красной горке на южном берегу Финского залива и встал на якорь. Но атаковать Кронштадт союзники так и не решились. Пробные подходы принесли им лишь потери и разочарования. Четыре парохода подорвались на минах, еще несколько были сильно повреждены артиллерийским огнем. Нейпир, еще недавно собиравшийся завтракать в Кронштадте и обедать в Санкт-Петербурге, был сконфужен:

Нейпира поддержал первый лорд британского адмиралтейства сэр Джеймс Грэм: «Было бы сумасшествием играть на руку России и бросаться головой вперед на гранитные стены, рискуя нашим морским превосходством, со всеми фатальными последствиями».

Понимая бесперспективность и губительность любой попытки прорыва к русской столице, союзникам осталось лишь храбро отступить. Чтобы хоть как-то сохранить лицо и оправдать огромные средства, потраченные на балтийскую военную экспедицию, англо-французский флот всей своей мощью обрушился на одинокую недостроенную русскую крепость на Аландских островах.

«С железом в руках и крестом в сердце»

Аландские острова имеют исключительно выгодное стратегическое положение: к северу от них начинается Ботнический залив, с востока — Финский. До берегов Финляндии — 22 километра, до Швеции — 38.

Российская империя получила Аландские острова в результате Русско-шведской войны 1808-1809 годов. В марте 1809 года русский экспедиционный корпус Багратиона в составе 17 тысяч человек с конницей и 20 орудиями совершил 90-верстный переход по льду Ботнического залива и захватил Аланды. Были взяты более двух тысяч пленных и серьезные трофеи, в том числе зимовавший здесь шведский флот. 19 марта передовой русский отряд перешел по льду в Швецию и стремительным ударом захватив город Грислехамн в 80 километрах от шведской столицы. В Швеции началась паника: «Русские идут!» В результате был заключен мир, по которому в состав Российской империи вошло Великое княжество Финляндия вместе с Аландскими островами. Первым российским губернатором Аландов стал генерал Барклай-де-Толли.

Крепость и военно-морская база на Аландах могли бы контролировать всю северную и восточную части Балтийского моря. Это хорошо понимали в России, и в 1832 году здесь начали строительство мощной крепости Бомарзунд.

В законченном виде Бомарзунд должна была иметь более трех километров крепостной стены с 12 башнями, 500 орудий и пятитысячный гарнизон. Но к началу военных действий успели построить только три башни и подготовить 112 орудий (у которых имелось всего по 80 выстрелов на каждое): 66 — в главном форте и 46 — в трех башнях. Гарнизон насчитывал 2175 человек, из них только 1600 строевых. Они и стали защитниками Бомарзунда. Помощи гарнизону ждать не приходилось. Командовал крепостью 60-летний полковник артиллерии Яков Андреевич Бодиско.

Помимо огромного флота — 49 боевых кораблей с 2344 орудиями у англичан, 31 корабль с 1308 орудиями у французов — союзники располагали 13 тысячами морской пехоты и полевой артиллерией.

С середины июля до 4 августа союзники вели осаду крепости. Бомбардировка укреплений шла непрерывно. Артиллерия форта и башен отвечала, вот только дальнобойность корабельных пушек существенно превышала дальность стрельбы крепостных орудий. Ситуация менялась, когда корабли подходили ближе. Английский винтовой фрегат при попытке высадить десант получил девять подводных пробоин и сел на мель. Его удалось увести силами двух пароходов только после того, как в воду была сброшена вся его артиллерия. Но огонь русских пушек постепенно слабел, защитникам крепости приходилось экономить заряды.

Русские крепостные орудия

Фото: Петр Каменченко / «Лента.ру»

29 июля союзники закончили высадку на берег десанта, в шесть раз превосходящего числом защитников крепости, и расположили на берегу осадную артиллерию. 32 длинноствольных 8-дюймовых орудия били 68-фунтовыми ядрами прямой наводкой по гранитной облицовке башен и форта с расстояния 500 метров. Несколько попаданий тяжелых ядер в одно место разбивали гранит, под которым находилась каменная кладка, уже не имевшая необходимой прочности.

Классик марксизма был неправ. Продолжительная оборона недостроенной и недостаточно вооруженной русской крепости от сил союзников, многократно превосходящих числом и вооружением, стала возможной только благодаря мужеству и отваге защитников Бомарзунда.

2 августа французским стрелкам удалось захватить одну из полуразрушенных башен крепости. Оказавшись в руках противника, она несла угрозу защитникам главного форта. Башня была подожжена русской артиллерией и на следующее утро взорвана.

После непрерывного восьмичасового обстрела была разрушена и захвачена еще одна башня крепости. Французы установили батареи на месте строившейся больницы и начали бомбардировку главного форта с тыла. С противоположной стороны бомбардировку вели британские войска из пушек большего калибра. В это же время корабли британского флота с максимально возможной дистанции устроили бомбардировку главного форта и последней еще державшейся башни.

Обстрел продолжался весь следующий день. Защитники ожидали штурма, но союзники вместо этого решили обстреливать форт до полного его уничтожения. 4 августа в час дня, расстреляв почти весь имевшийся боезапас, во избежание полного уничтожения гарнизона Бомарзунд прекратил сопротивление, подняв белый флаг.

Памятник британским военнослужащим, погибшим во время осады крепости Бомарзунд в 1854 году

Фото: Петр Каменченко / «Лента.ру»

«Вместо кита поймал салакушку»

За время осады потери гарнизона крепости Бомарзунд составили 53 человека убитыми и 36 ранеными. Союзники, по их данным, потеряли убитыми 120 человек и еще 1300 человек, в основном французов, к концу августа умерли из-за эпидемии холеры.

Захват Бомарзунда стал единственным достижением союзников в ходе Крымской войны на Балтике. Чтобы хоть как-то оправдать действия огромного союзного флота и французского экспедиционного корпуса, военные чины пытались представить разрушение недостроенной русской крепости как большую победу. Однако в это мало кто поверил.

Так, популярная британская газета The Herald писала о Нейпире: «Он хотел пробить кольцо сквозь ноздри грозному Левиафану и вместо кита поймал салакушку. Русские смеются, и мы смешны на самом деле». Лондонская Times выступила еще жестче:

В России посчитали, что защитники Бомарзунда не запятнали чести русского оружия, честно исполнив свой воинский долг, и их стойкость заслуживает всяческого одобрения. Гарнизон исполнял свои обязанности, не нарушив присяги, и сдался только после того, как были исчерпаны все возможности дальнейшего сопротивления.

Союзники оккупировали Аланды, но что с ними делать дальше — они не знали. Предложили принять острова нейтральной Швеции, но шведы, помня уроки русско-шведских войн, от опасного подарка отказались. Острова остались в составе Российской империи вплоть до 1917 года, когда Финляндия получила независимость. Единственное, чего в итоге удалось добиться союзникам, — демилитаризованный статус Аландских островов, закрепленный Парижским трактатом 18 марта 1856 года. Согласно договору, Россия обязывалась не восстанавливать военную крепость Бомарзунд и не держать на архипелаге никаких других вооружений.

Музей обороны крепости Бомарзунд

Фото: Петр Каменченко / «Лента.ру»

Особый статус

Сегодня на Аландских островах проживает немногим более 30 тысяч человек. Примерно треть из них — в Мариехамне, столице архипелага, основанной в 1861 году и названной в честь русской императрицы Марии Александровны, супруги императора Александра II.

У островов особенный и очень необычный статус. Официально они являются частью Финляндии, но с очень широкой автономией. Единственный официальный язык Аландов — шведский, валюта — шведская крона, у островов есть собственный парламент, герб и флаг, его жители не служат в финской армии и не платят финских налогов. И у них собственная почта и почтовые марки.

В 2004 году к 150-летию обороны крепости Бомарзунд аландская почта выпустила серию марок, блок и сувенирный почтовый буклет, посвященные этому событию.

От русского Бомарзунда на Аландах мало что осталось. Есть несколько фрагментов восстановленных крепостных стен со следами от пушечных ядер, несколько русских крепостных орудий, памятник британским воинам, мемориальная плита русским защитникам крепости, православный деревянный крест и аккуратное русское кладбище.

Иногда 4 августа (не каждый год) местные жители наряжаются в военную форму и разыгрывают для немногочисленных туристов историческую реконструкцию обороны Бомарзунда. Вот, собственно, и все, что напоминает о более чем столетней русской истории Аландских островов и героической обороне крепости Бомарзунд.

***

Крымская война вскрыла многочисленные проблемы Российской империи, показав необходимость срочных реформ во всех сферах государственной деятельности и одновременно стала их катализатором. В 1861 году было отменено крепостное право, проведены экономические реформы, реформы финансовой системы и образования. Перевооружалась армия, строились железные дороги, началась индустриализация страны. Огромная патриархальная империя вступила в новую историческую эпоху.